logo

Почему институционные инвесторы выбирают стратегию акционерного активизма

joshua-ness-117255-unsplash.jpg


Число компаний, уже ставших мишенью инвесторов-активистов, в мировом масштабе неуклонно растет. Географический охват постепенно выходит за пределы Америки и Англии. О российском взгляде на активизм миноритарных акционеров мы писали здесь. О стратегии активизма западных компании в своей колонке для Realist рассуждает преподаватель стратегии и корпоративного управления в ESADE Business School (Барселона) Юлия Пономарева.

Долгое время считалось, что институциональные инвесторы склонны придерживаться пассивной финансовой стратегии, делая ставки на тайминг покупки или продажи опциона. За последние несколько лет ситуация кардинально изменилась. Особенно эти изменения коснулись крупных игроков.

Калифорнийский пенсионный фонд государственных служащих (CalPERS) является одним из пионеров стратегии активизма. Менеджеры этого фонда приобрели широкую известность благодаря своим публичным кампаниям, направленным на увеличение независимости советов директоров и прозрачности управления. Такая стратегия принесла фонду ощутимую финансовую отдачу (около 7% прибыли за последние 20 лет), что впоследствии приобрело название «эффект CalPERS».

Вдохновленные успехом калифорнийского фонда, стратегии активизма вскоре последовали и другие крупные институционные инвесторы. Например, норвежский суверенный государственный фонд недавно утвердил список руководящих принципов корпоративного управления, аналогичных принципам CalPERS, сделав их обязательными для компаний в портфеле фонда. NBIM отдает предпочтение инвестициям в компании, советы которых доминируют независимые директора, и где имеется четкое разделение между постами председателя и генерального директора.

     Хотя данная стратегия может показаться привлекательной, финансовые исследования до сегодняшнего момента не смогли доказать прибыльность кампаний активистов для всех акционеров, включая миноритариев. Анализ последствий кампаний активистов показывает, что данная стратегия может как поднять, так и разрушить ценность фирмы.

Несмотря на то, что рынок обычно позитивно реагирует на покупку акций активистами, критики такой стратегии указывают на краткосрочную перспективу инициатив активистов. Используя оптимизм акционеров, активисты могут решить продать свои акции на пике цены, не дожидаясь реализации предложенной стратегии.

Одним из возможных объяснений такого поведения являются структура вознаграждения менеджеров институционных фондов. Их ежегодные бонусы прочно привязаны к подконтрольному им капиталу, что делает их особенно чувствительными к краткосрочным колебаниям рынка.

Еще одна проблема – недостаток информации о бизнесе. Учитывая высоко диверсифицированный портфель, институционным инвесторам весьма сложно предложить долгосрочную стратегию менеджменту компании, и, как правило, предложенные изменения носят сугубо финансовый характер, направленный на немедленное и кратковременное увеличение стоимости акций.

Должен ли миноритарный акционер быть начеку, когда институциональный инвестор входит в фирму? С одной стороны, корпоративные встряски могут повысить эффективность фирмы. Однако такая стратегия не должна стать для инвесторов-активистов исключительно инструментом выжима финансовой прибыли, особенно если это делается за счет долгосрочного роста и устойчивости компании.

Как и любой другой механизм корпоративного управления, публичные кампании активистов не лишены недостатков, но при грамотном планировании такая стратегия может принести успех и миноритарным инвесторам.




  • Facebook
Подписывайтесь на Telegram-канал @realistmedia